– Да, теперь охота пойдет куда быстрее, – засмеялся Букк.

Ларс сделал пару выстрелов в стену сарая. Рассмотрели место, куда он попал. Пробив насквозь дощатую обшивку, пули вошли в бревна сруба.

Сам Симон принес начищенный до блеска штык. На рукоятке его была изображена свастика. По словам Симона, этим штыком были убиты двое русских. Во время войны его отец сражался на стороне немцев. А после ее окончания он, значит, перебрался жить в Люнгсет.

Итак, можно было приступать к охоте. Тому, кто убьет самого крупного зверя, птицу или рыбу – в общем, любое дикое животное, – будет присуждена высшая награда – Журавлиное яйцо. Какое-то время назад компании попались три журавлиных яйца, которые теперь хранились в их общем тайнике, укромном местечке по соседству со свалкой. Члены шайки постановили, что эти яйца будут выдаваться лишь за особые заслуги. Стать обладателем Журавлиного яйца было очень почетно.

Охота благополучно провалилась. Ларе расстрелял все свои патроны в стаю уток, ни в одну не попав. Букк утверждал, что стрелой из арбалета задел по крылу гоголя. Ермунн чуть было не уложил на месте норку. Симон притащил средних размеров вороненка, которого он пронзил своим штыком. Особого восхищения это не вызвало. Тем не менее, по справедливости, Журавлиное яйцо было отдано Симону.

На этом большая охота, задуманная как испытание мужества членов шайки «Смерть воронам», подошла к концу. Прежде чем расстаться, они все-таки исполнили Финнову «поганую песню». Но теперь, в отсутствие Финна и вместе со свежими воспоминаниями о неудавшейся охоте, она звучала далеко не столь дерзко, как прежде.

По дороге домой Ермунна одолели невеселые мысли. Неужели он и вправду связался с ребятами, родители которых во время войны были на стороне немцев? Его собственные отец с матерью ненавидели этих, как они выражались, фашистов. Теперь-то он знал, что означает это слово. Во всяком случае, не только «истязатели лошадей». Нечто гораздо более страшное. Предателей родины. Что могло быть отвратительнее?